воскресенье, 7 июня 2020 г.

Восьмой диалоговый марафон “Образ будущего Донбасса”

Отчет



Введение

Особенность диалоговых марафонов ДД состоит в том, что они создают дискурс.


Конечно о будущем Донбасса люди пытаются думать, но, чаще всего, эти попытки совершенно непродуктивны. Связано это с тем простым обстоятельством, что не завершено настоящее, т.е. жители, которые втянуты в конфликт, не могут прогнозировать не только отдаленного будущего, но даже, иногда, и завтрашнего дня. А факт, что в конфликт на Донбассе так или иначе втянуто население всей страны, подтверждается серьёзным переформатированием электорального поля на президентских и парламентских выборах 2019 года. Мир на Донбассе является главной целью для подавляющего большинства избирателей, но каков должен быть этот мир оформленного представления ни у кого нет.


Каждая очередная повестка для диалогов на платформе ДД формируется таким образом, чтобы она отвечала реальным потребностям и интересам участников и дискурсу, появившемуся на предыдущем марафоне. Далеко не всегда эта повестка прозрачна и заявляется диалогерами прямо и непосредственно. Экспертная группа в процессе марафона анализирует формирующийся дискурс и предлагает свое видение, а в процессе краудсорсинга при подготовке следующего марафона это видение конкретизируется в виде тем и вопросов для обсуждения.


Таким образом на ДД выстраивается продолжающийся с 2015 года диалог между участниками, представляющими разные позиции по отношению к конфликту, темы которого каждый раз вычленяются из реальной текущей ситуации. В той форме и глубине, как это видят и представляют диалогеры онлайн диалогов и экспертная группа вслед за ними.


Диалогерами на ДД называют участников диалогов, а не организаторов процесса. Термин предложен Стейнаром Брином в 2015 году, во время первого марафона.



Начиная с первого марафона в 2015 году, когда в самой горячей стадии диалогеры заговорили о преодолении конфликта на Донбассе, вплоть до девятого, который в настоящий момент готовится, тематика каждой очередной нашей офлайн встречи в Святогорске предопределяется содержанием предыдущих онлайн-диалогов, состоявшихся за год - полгода до этого:


  • Весна 2016, Святогорск. 2-Й ДИАЛОГОВЫЙ МАРАФОН “ВЫХОД ИЗ ВОЕННОГО КОНФЛИКТА И РАБОТА С ЕГО ПОСЛЕДСТВИЯМИ”

  • Весна 2017, Святогорск. 3-Й ДИАЛОГОВЫЙ МАРАФОН “ПУТИ И СПОСОБЫ ВЫХОДА ИЗ ВОЕННОГО КОНФЛИКТА”

  • Осень 2017, Святогорск. 4-Й ДИАЛОГОВЫЙ МАРАФОН “НАРРАТИВ И КОНФЛИКТ”

  • Лето 2018, Святогорск. 5-Й ДИАЛОГОВЫЙ МАРАФОН “ВОЗВРАЩЕНИЕ”

  • Зима 2018, Святогорск. 6-Й ДИАЛОГОВЫЙ МАРАФОН “ПОСЛЕ ВОЙНЫ”

  • весна 2019, Святогорск. 7-Й ДИАЛОГОВЫЙ МАРАФОН “РОЛЬ ГРАЖДАНСКОГО ОБЩЕСТВА В ПРЕОДОЛЕНИИ ПОСЛЕДСТВИЙ ВООРУЖЕННОГО КОНФЛИКТА В УКРАИНЕ”

  • осень 2019, Святогорск. 8-Й ДИАЛОГОВЫЙ МАРАФОН “ОБРАЗ БУДУЩЕГО ДОНБАССА”

  • предположительно весна-лето 2020, Святогорск. 9-Й ДИАЛОГОВЫЙ МАРАФОН “ЦЕНА МИРА”.

Принцип “Не навреди”

Все диалоговые марафоны Донбасского Диалога (ДД) проводятся с участием граждан Украины, постоянно проживающих на территории отдельных районов Донецкой и Луганской областей (ОРДЛО). Военный конфликт, который продолжается на этой территории с апреля 2014 года, разделил гражданское общество страны на две неравные части. Участие граждан Украины и представителей других государств в боевых действиях, многочисленные жертвы и преступления, нарушения правил войны, использование запрещенных видов вооружения - все эти факторы привели к необходимости ограничений передвижения людей и материальных ценностей через линию разделения. Со временем здесь был установлен режим государственной границы. Жители ОРДЛО оказались на неконтролируемой государством территории, на которой не гарантированы права и свободы в соответствии с Конституцией Украины. Такое положение дел и продолжающиеся боевые действия сформировали предвзятое отношение друг к другу людей и институтов , в результате которого сформировались мнимые и реальные угрозы для людей пересекающих линию разделения. Эти препятствия для диалога особенно актуальны в горячей стадии конфликта. Большая часть из них преодолевается с помощью онлайн диалога и принципа “Не навреди”.

Программное обеспечение онлайн диалога. Сервис DD Talk

С весны 2017 года группа волонтеров в рамках методики онлайн диалога разрабатывает специальный онлайн сервис DDTalk для анонимной и безопасной связи. Основное внимание IT волонтеров ДД было сконцентрировано на интерфейсе сервиса, так как он должен соответствовать дизайну диалогового процесса. Интерфейс апробирован и практически не меняется от марафона к марафону. В настоящее время интерфейс стал своего рода стандартом. Подготовлена инструкция для самостоятельного использования сервиса при организации приватных онлайн бесед. Но этого недостаточно для того чтобы организовывать диалоговые марафоны. По прежнему для стыковки оффлайн и онлайн требуется командная работа. 

Поэтому, на 8-м диалоговом марафоне команда технической поддержки занималась анализом накопленного опыта, чтобы в будущем выработать принципы, на базе которых можно готовить стандарт для команд технической поддержки диалоговых марафонов.


Сервис DD Talk на время марафона размещается на платформе Microsoft Azure в рамках бесплатной годовой пробной подписки зарегистрированной на одного из членов команды ДД. Для сервиса используется виртуальная машина размером Standard B1s (1 виртуальный ЦП, память 1 Гб) со статическим IP на базе ОС Ubuntu 18.04. Физически сервер находится в дата центре Западной Европы. На этой же машине запущен STUN и TURN сервер.

Для участников которые не могут подключиться напрямую друг к другу через STUN используется обходной TURN сервер, а значит, в этом случае, трафик идет через сервер. В рамках пробной подписки объем бесплатного исходящего трафика составляет 15 Гбайт в месяц. Полуторачасовой диалог 3-х или 4-х участников с разным качеством изображения через TURN сервер может использовать от 4 до 7 Гбайт.


В предыдущие периоды усилия разработчиков DD Talk были направлены на наращивание функциональности интерфейса (front-end). Последние полгода подготовки к 8-му диалоговому марафону были сфокусированы на проблеме устойчивости и безопасности программно-аппаратной архитектуры сервиса DDTalk на стороне сервера (back-end).


Практически вся внутренняя архитектура сервиса DDTalk была изменена для усиления защиты. Код был переписан через самовызывающиеся функции, которые позволяют изолировать переменные и функции, чтобы они не попадали в глобальную область видимости.

Предварительная проработка тематики 8-го марафона

Дискуссия, которой завершился седьмой диалоговый марафон, открыла путь для продолжения диалога о будущем Донбасса и будущем Украины. За годы войны возникла новая реальность, в которой появился опыт жизни, опыт независимости, чрезвычайно болезненный и поучительный. За это время обе части страны, и подконтрольная, и неподконтрольная правительству в Киеве, прошли какой-то путь и изменились. Насколько эти изменения являются условием или препятствием для окончательного урегулирования конфликта? Какова цена мира? Эти вопросы возникнут в итоге дискуссии на восьмом марафоне и мы к ним вернемся в конце этого отчета, но их формулировка оказалась возможной после анализа возможного будущего, каким его видят диалогеры и экспертная группа ДД.


Если на седьмом марафоне мы разбирались с токсичностью прошлого, то восьмой диалоговый марафон был посвящен формированию возможного образа будущего.


Ответы на вопросы, которые мы искали на этапе предварительной дискуссии на платформе

Дискуссия по теме марафона началась первого июня 2019 года. В течение шести месяцев на обсуждение выносились следующие вопросы:

  • “Чего из довоенного Донбасса совершенно точно не будет в его будущем?”

  • “Что из прошлого Донбасса надо сохранить для его будущего?”

  • “Что в будущем Донбассе является оправданием того, что происходит с Донбассом сейчас?”

  • “Каковы опоры для разворота множественного будущего в сторону прекращения конфликта на Донбассе?”


На этом этапе дискуссии удалось:

  • разделить прошлое и настоящее;

  • определить, что из прошлого желательно оставить для будущего;

  • определить, что из прошлого предопределяет будущее;

  • определить, почему так трудно избавиться от токсичного прошлого;

  • выяснить, на что можно опираться, чтобы прекратить конфликт.

Также были проработаны образы будущего, картины которого можно было бы проверять на реальность.


Вывод, который сделали участники дискуссии

Есть четыре образа Донбасса, сформировавшиеся в процессе военного конфликта, на основании которых можно составить картину будущего:

  • образ разрушающегося Донбасса;

  • образ заброшенного Донбасса;

  • образ возрождающегося Донбасса;

  • мемориальный образ Донбасса.


Финальная дискуссия в ФБ

Влияние

В процессе дискуссии выяснилось, какие причины в жизни современного украинского общества, по мнению членов платформы ДД, участвовавших в дискуссии, влияют или даже предопределяют будущее Донбасса:

  • посттравматический рост;

  • конфликт, который несет прояснение, сближение людей;

  • насилие, которое порождает реванш;

  • народ, который был “в плену” и “сделать ничего не мог”;

  • люди, которые, посмотрев на эти 5 лет, и на востоке, и на западе, и в центре страны осознают, что только они сами смогут построить свою страну как хотят, и только они могут отвечать за то, что происходит;

  • развитие навыков самостоятельно и критически мыслить и делать выводы, избавление от патернализма;

  • осознание пагубности внешнего имперского влияния;

  • проснувшееся гражданское сознание;

  • изменение отношений внутри общества, между людьми, изменение отношения “элиты” к своему народу;

  • понимание, что никакие настоящие события никак не влияют на будущее Донбасса. Ничего в будущем Донбасса не будет следствием настоящего;

  • вероятное будущее городов, а не Донбасса в целом. Потому что Донбасс мёртв;

  • активный экономический рост после войны;

  • усиление у жителей Донбасса уважения к себе;

  • возникновение доминирующей общеукраинской, а не региональной, идентичности;

  • развитие способности к прогнозированию последствия своих действий/бездействия и понимание степени собственной ответственности;

  • осознание нежизнеспособности прошлой системы управления, её неспособности заниматься ни налаживанием производства в регионе, ни благополучием жизней людей там проживающих;

  • понимание, что никто даже не имитировал никакое развитие, а просто выжимали последние соки из старых ресурсов;

  • понимание, что никакое процветание и дальнейшее технологическое обновление, развитие, решение каких-то проблем Донбасса и так далее… не стоит этих жертв;

  • понимание, что произошло кошмарное несчастье;

  • понимание, что все изменится - и объект споров (Донбасс), и мы тоже, и общество вокруг нас;

  • ничто;

  • искажение фактов.

 

Из сформированного краудсорсерами списка основных причин, предопределяющих будущее региона, путем дискуссии и голосования были выделены четыре ведущих тренда:

  1. тренд перемен;

  2. тренд личностного роста жителей региона и преодоления травмы;

  3. тренд анализа и оценки причин и следствий конфликта;

  4. тренд отношений в обществе.


Мы попросили экспертную группу проранжировать эти тренды с точки зрения влияния на будущее. Самым влиятельным, т.е. формирующим будущее, респонденты определили тренд перемен. Однако это простое голосование не получило подтверждения в процессе агрегирования: связь с образом будущего наиболее прочной оказалась у тренда “отношений в обществе”. Т.е. желание перемен уступает реальности актуальной ситуации в обществе. Люди хотят перемен, но в них не особенно верят. Поскольку в процессе агрегирования участвовали три переменные (тренд, образ будущего и уровень соответствия им каждого вопроса), то связи между ними оказывались каждый раз значимее и их индивидуальных весов, и количества их выборов респондентами, и относительной частоты этих выборов. Это станет понятно далее, при обсуждении процесса и результатов агрегирования.

 

Вопросы, которые были включены в анкету

В результате нескольких этапов группового анализа всего, наработанного за пять месяцев контента, были отобраны восемнадцать вопросов, которые, по мнению краудсорсеров, требуют обсуждения в онлайн диалогах. Список этих вопросов и был предложен им для ранжирования в анкете.


Вопросы на агрегирование:


  • Что определяет будущее Донбасса, каким его видят люди?

  • Сохраняется ли линия разграничения в сознании людей, живущих в Украине, или это только линия на карте?

  • Кто может быть инициатором конкретных действий по достижению мира и разрешению конфликта?

  • Видят ли люди врагов друг в друге и зависит ли это от территории проживания?

  • Что будет потом, после окончания конфликта и надо ли этого бояться?

  • Как конкретно люди видят разрешение конфликта? Что кого устроит?

  • Какой сценарий у будущего?

  • Что реально объединяет людей в стране, кроме общей территории?

  • Надо ли формировать идентичность или “само пройдёт”?

  • Ну вот честно, кто-то реально считает, что у Донбасса есть будущее?

  • Как быть с теми, для кого прошлое важнее будущего?

  • О чем стоит вспомнить через 40 лет? О чем будут вспоминать?

  • Почему вдруг что-то должно измениться?

  • Как накормить Донбасс?

  • Какие события надо закладывать в будущее?

  • Для чего в будущем может понадобится гражданское общество?

  • Почему в Украине забывают о естественных правах людей, живущих на неподконтрольной территории?

  • Как защитить будущее от токсичного прошлого?

Из этого списка вопросов на марафон для онлайн диалогов будет выбрано всего четыре, которые наиболее точно фиксируют формирующийся на момент марафона дискурс. Остальные останутся непроработанными, хотя они не менее важны и не менее актуальны. К сожалению у нас только одна площадка, и существенная часть потенциала, формирующегося на ДД, пока остается невостребованной.

Агрегирование

В этот раз участникам группы было предложено проранжировать список вопросов по трем параметрам: выбрать тренд (один из четырех), к которому можно поочередно отнести каждый вопрос, выбрать образ Донбасса (один из четырех), которому больше всего соответствует этот вопрос и определить точность соответствия вопроса образу по пятибалльной шкале. 

Инструкция звучала следующим образом. Надо было последовательно ответить на три вопроса: 

  • К какому тренду относится вопрос №...?”,

  • “Какому образу Донбасса соответствует этот вопрос?”,

  • “На сколько точно, на Ваш взгляд, вопрос №... соответствует выбранному Вами образу?”


Было заполнено сорок четыре онлайн-анкеты.

Традиционно в процессе агрегирования мы определяем вопросы, набравшие наибольшее количество выборов в каждой номинации. Но в этот раз, поскольку нас в первую очередь интересовал формирующийся образ будущего всё ещё воюющего Донбасса, мы хотели увидеть тенденции: какие образы будущего более предпочтительны, какие тренды влияют на формирование этих образов, и соответственно, какие вопросы в наибольшей степени отражают эти влияния.


Получилась достаточно сложная картина

Образом, получивший наибольшее число выборов, оказался “Образ возрождающегося Донбасса”.

Ведущим трендом, оказывающим наибольшее влияние на этот образ будущего, оказался “Тренд отношений в обществе”.

Вопросом, отражающим влияние тренда на базовый образ, оказался следующий: Для чего в будущем может понадобится гражданское общество?”

Наиболее близкими (второй и третий по значению) вопросами, отражающими влияние этого тренда, оказались вопросы “Какие события надо закладывать в будущее?” и “Кто может быть инициатором конкретных действий по достижению мира и разрешению конфликта?”


Тренд на перемены оказался вторым по значимости. Наибольшее влияние этот тренд также оказывал на “Образ возрождающегося Донбасса”.

Вопрос, наиболее полно отражающий влияние этого тренда: “Что будет потом, после окончания конфликта и надо ли этого бояться?”


Тренд ориентированный на личностный рост и развитие оказался третьим по значимости и он также ориентирован на “Образ возрождающегося Донбасса”, а ключевой вопрос этого тренда - “Надо ли формировать идентичность или “само пройдёт”?”


И только тренд “Анализ и оценка причин и следствий” оказался ориентирован на другой образ, образ “Мемориальный образ Донбасса”, вопросом “О чем стоит вспомнить через 40 лет? О чем будут вспоминать?”


Агрегирование контента, созданного краудсорсерами ДД в течении полугода работы показало, что образ возрождающегося Донбасса является основным образом будущего из четырех, которые были представлены на восьмом марафоне. Но, при этом, главным вопросом, который получил наибольшее количество выборов краудсорсеров оказался вопрос “О чем стоит вспомнить через 40 лет? О чем будут вспоминать?” Этот вопрос, получивший наибольшее количество выборов, оказался значимым для наименее проявленного тренда (Анализ и оценка причин и следствий). Объяснение этого парадокса можно найти в выступлении одной из спикеров марафона, профессора Оксаны Михеевой: события, произошедшие во время конфликта, должны быть легализованы, признаны фактами государственными и социальными институтами. Только после этого люди “вспомнят” эти события, у них появятся вопросы друг к другу и они их смогут задать. Поэтому так важно для разрешения конфликта понимать не только то, о чем люди говорят, но и то, о чем они молчат. Эта закономерность, некоторая “забывчивость” у диалогеров во время наших диалогов, проявилась и во время восьмого марафона.

 

В итоге, в результате агрегирования, на марафон "Образ будущего Донбасса" были вынесены следующие вопросы для диалогов и темы для спикеров:

 

Образ возрождающегося Донбасса.

  • Вопрос для онлайн диалога: “Для чего в будущем может понадобится гражданское общество?”

  • Сообщение спикера: “Трансформации гражданского общества в процессе и после завершения конфликта

 

Образ заброшенного Донбасса.

  • Вопрос для онлайн диалога: “Почему в Украине забывают о естественных правах людей, живущих на неподконтрольной территории?

  • Сообщение спикера: “Неинституциализованная история конфликта как условие примирения с прошлым

 

Образ разрушающегося Донбасса.

  • Вопрос для онлайн диалога: “Сохраняется ли линия разграничения в сознании людей, живущих в Украине, или это только линия на карте?”

  • Сообщение спикера: “Бракованная” идентичность как основание для социальной стигмы

 

Мемориальный образ Донбасса.

  • Вопрос для онлайн диалога: “О чем стоит вспомнить через 40 лет? О чем будут вспоминать?

  • Сообщение спикера: “Нарратив, который завершает конфликт и открывает будущее

 

 

Марафон

05—09 ноября 2019 года

Парк-отель“Шервуд”, Святогорск, Донецкая область, Украина.

Первый день


Рабочая встреча команды ДД, фасилитаторов, экспертов

Тема дня “Образ заброшенного Донбасса”


Традиционно день заезда посвящен адаптации и погружению участников в открытое пространство марафона ДД, решению технических вопросов, обмену новостями и т.п. Однако, как и на предыдущем седьмом марафоне, возможности и время, которое могут выделить спикеры, влияет на программу, а мы дорожим спикерами и используем гибкость открытого пространства марафона, чтобы дать им возможность максимально полно осветить тему. В связи с этим марафон начался в день заезда работой с “Образом заброшенного Донбасса”.



Отзывы по горячим следами (из FB): “Николай Борисов: Начали с места в карьер. День заезда группы от марафона к марафону все меньше похож на итальянскую сиесту, как это задумывалось в начале времен. После обсуждения новостей, которым традиционно начинается каждый наш марафон, спикер Оксана Михеева в своем выступлении установила планку профессионального подхода к конфликт-анализу, который можно сделать эпиграфом восьмого марафона: “пока мы находимся в контексте мы склонны искать для него подтверждения, называя их реальностью”.


Спикерское выступление на тему Неинституциализованная история конфликта как условие примирения с прошлым, Оксана Михеева (профессор социологии, Католический университет, Львов):

Может ли существовать неинституциализированная история конфликта?

На каком языке мы пишем историю конфликта?

Почему люди, находившиеся внутри конфликта, описывают его совершенно по разному?

Как свидетели, находясь в гуще конфликта, мы видим только фрагмент реальности. И поэтому не очень хорошо понимаем, что же мы видели, что происходило? Возвращаясь домой мы ищем источники информации, с помощью которой мы достраиваем свой образ реальности. При этом мы используем только ту информацию, которая соответствует нашему субъективному представлению о событии. Т.е., по сути, обычный человек, который находится в конфликте, не является свидетелем этого конфликта. В процессе формирования своей позиции он превращает ее из проактивной в реактивную. Становится важна хронология, в которой каждый из участников стремится отдать первенство другой стороне, а свои действия представлять как ответ”.



Что услышали эксперты:


В.Тезисы из выступления спикера: 

  • “Как в ущерб своей позиции видеть то что есть?

  • Когда уменьшается чувствительность к событиям появляется возможность выхода из контекста.

  • Кто продуцирует информацию, кто пишет историю, с какой целью и о чем молчит?

  • Пропаганда это специально созданный нарратив для определенной аудитории.

  • “Фигуры умолчания” - появляются из-за несоответствия доминирующему дискурсу.”


Б. Человек, который является частью конфликта, на самом деле видит только кусочек конфликта, только то что происходит вокруг него. Поэтому он старается достроить картинку конфликта используя другие источники информации (сеть интернет, радио, телевидение). Он читает/слушает текст, тот, который ему приятен, и постепенно начинает уходить в свою параллельную реальность выстраивая события как будет ему удобнее. Так, постепенно выстраивается своя хронология событий. А дальше эту хронологию он уже старается защитить. Таким образом он оправдывает свои действия из позиции “исторической хронологии” в которой он оказался. Одним из сопутствующих характеристик этой ситуаций является самоизоляция.

Эта разная хронология событий является самой главной проблемой при написании истории, а особенно общей истории конфликта. Для того, чтобы её (проблему) решить, нужно выйти за его рамки. В противном случае автор оказывается ангажирован субъективной позицией. Поэтому для описания конфликта очень важно иметь доступ к людям, которые могут рассказать “другую историю”.


Вновь на марафоне ДД уже не в первый раз звучит тема “иного”, необходимость выхода за границы ситуации для того, чтобы история конфликта освобождалась от субъективных аберраций. Выступление спикера было богато содержанием и позволит в будущем некоторые затронутые темы осмысливать и прорабатывать как отдельные самостоятельные задачи. Такими темами могут быть: “фигура умолчания”; “дискурс приписывания”; состав идентичности “гражданин Украины”; “реальность, воспринимаемая как история” (о свидетельствах); проблема “синхронизации” истории”; “стигматизация и демонизация регионов” (Донбасс, Галичина); “когнитивные мифологические конструкты как способ преодоления демонизации” (“Салон Дона и Баса”, джазовые фестивали, творчество Евгения Ясенова и т.п.); новые языковые различия внутри Донбасса (подконтрольная/неподконтрольная территории); что нам предстоит сказать друг другу и что мы так и не скажем никогда (“вечная” “фигура умолчания”). 


Онлайн диалог: “Почему в Украине забывают о естественных правах людей, живущих на неподконтрольной территории?”



Отзывы диалогеров:

Т.:Я выбрала эту тему, меня она “цепляет”. Почему-то мне было сложно в ней находиться, не выпадать. Скорее всего, из-за технических сложностей.

Фасилитация. Бархатная, ненавязчивая фасилитация мне понравилась. Я не только не услышала, но и не почувствовала мнения фасилитаторки, это круто. Она помогала процессу двигаться, не пыталась влиять на скорость, мне было комфортно. Было ощущение, что у нее есть заготовки, её видение темы, но она отказалась от них, когда мы посмотрели на тему под другим углом, и работала с нами в нашем процессе. У меня был момент, когда я включилась эмоционально, фасилитаторка повторила сказанное мной сдержанно и ничего важного не упустив, мне это дало ощущение, что меня слышат, и, соответственно, готовность слушать других.

...

По наполнению темы. В начале был порыв, сейчас не помню, от кого исходил, обсудить, что такое естественные права.

Меня это смутило, мне не хотелось, чтобы разговор ушел из области практического нарушения прав в философию. Были озвучены такие нарушения прав граждан Украины, проживающих на неподконтрольной территории: особые списки документов при получении паспорта; получение свидетельства о рождении и смерти в судебном порядке, а не административном; в свободе передвижения; лишение избирательного права; право на пенсию. 

... 

Ещё важным для меня было то, что прозвучало: необходимо восприятие проживающих на неподконтрольной территории как граждан Украины, важен такой посыл со стороны власти, СМИ и общественных организаций. И что сокращение прав граждан Украины по одну из сторон от линии соприкосновения в какой-то мере было “легитимизировано” в СМИ и озвучивалось даже общественным, в том числе и правозащитным сектором”.


П.: “Что запомнилось: позиции других диалогеров, их желание быть услышанными людьми из Донецка. Что понравилось? Возможность общения, готовность людей к контакту. Чего бы хотелось? продолжить общение с этими и другими говорить и слышать. Что не понравилось? Тема, которая на мой взгляд была сформулирована провокационной ( допускаю, что с целью привлечения к диалогу людей из Донецка). Есть ли желание продолжить? Да, с удовольствием.

...

Для меня было важно услышать позиции людей из Донецка, их видение, и дать им возможность быть услышанными без критики, оценки и с принятием. Я была рада, что у них появилась возможность подумать о том как живут в Харькове, а у меня - как живут в Донецке. Мне бы хотелось, чтобы люди, независимо от их места проживания, не испытывали страданий и их права не нарушались. Как мне показалось, это помогло “построить мостик”, я искренне хотела бы продолжить общение с этими людьми, понять больше про их потребности, рассказать о своих. 

В целом у меня остались теплые ощущения после диалога. Благодарю организаторов и фасилитаторку. Благодаря её навыкам мы смогли услышать друг друга в столь короткий промежуток времени.


Я.: “Два диалога одинаковое впечатление. Запомнилось:

1. Напряженное состояние участников.

2. Медленная речь на украинском языке — это от второго диалога (Диалогер был участником ещё одного диалога).

Такое впечатление, что думают на русском, а потом переводят на украинский.

3. Удивило — погруженность в детали, с моей точки зрения, второстепенные. Второстепенные для общей картины, индивидуально важные.

4. Отсутствие целостной картины на происходящие события. Меня это немного раздражало.

5. Удивляет забывчивость прошедших событий. Напоминаешь, а они не задерживаются в головах. Вытесняются. Не вызывают вопросов на уточнение. Хотя бы возражений”.


Диалоги интересны тем, что здесь были представлены три разных позиции, три взгляда и участники их различали, что, тем не менее, не мешало слышать и слушать друг друга. Три различающихся нарратива не вступили в конкуренцию, хотя и вызывали у участников некоторое раздражение. Роль фасилитации таких диалогов почувствовали и сами участники и экспертная группа. Здесь важно отметить, что на этом марафоне впервые фасилитировали диалоги участники образовательной программы ДД. Это был их первый опыт практической фасилитации онлайн диалогов.


Второй день

Тема дня “Образ возрождающегося Донбасса”


Спикер: “Трансформации гражданского общества в процессе и после завершения конфликта” (повседневные практики в условиях конфликта).


На восьмом марафоне, благодаря спикерам, социологический анализ конфликта оказался самостоятельной важной и глубокой темой:

  • Что значит проводить исследование непосредственно в зоне боевых действий? 

  • Насколько удается сохранить строгость таких исследований? 

  • Какое будущее мы можем увидеть сквозь повседневные практики людей, живущих там, где война является привычной частью обыденной жизни?


Лилия Дрогина, ассистент кафедры философии и социологии Луганского национального университета имени Тараса Шевченко.



Массовое сознание в зоне вооруженного конфликта на Донбассе выглядит следующим образом (использовалась методика “доверительных групп” для сбора информации о мыслях и взглядах людей на конфликт на Донбассе):

  • 90 % опрошенных определили себя украинцами, то есть в структуре идентичностей у подавляющего большинства гражданская идентичность является одной из наиболее значимых. Это опосредованно свидетельствует об ориентации на Украину как страну своего проживания;

  •  жители прифронтовых зон Донбасса, в сравнении с городскими жителями Украины в целом, склонны в меньшей мере открыто высказывать свое мнение по поводу социально-политической ситуации в стране и регионе. Близость линии размежевания обуславливает сокрытие своего мнения с целью обеспечения своей безопасности и безопасности своей семьи;

  • основными источниками получения информации большинство опрошенных называют телевидение, а также оффлайновые (родственники, друзья, знакомые, коллеги) и онлайновые (интернет) сети, причем последние становятся все более значимыми. Такое распределение свидетельствует об утрате “всемогущей роли” телевидения на формирование общественного мнения. Постоянные контакты с жителями территорий по другую сторону линии разграничения могут существенно влиять на представление о конфликте, его источниках, причинах и путях решения;

  • более половины опрошенных считают границу между Украиной и ОРДЛО как границу “между своими”. В своих высказываниях респонденты подчеркивают, что и та, и другая территория являются их Родиной. Это опосредованно свидетельствует о готовности к контакту и ориентацией на мирное разрешение конфликта (“со своими воевать не будешь”);

  • вооруженный конфликт на Донбассе повлиял на повседневные практики жителей прифронтовых зон по обе стороны линии размежевания, в частности появились новые экономические практики. Вооруженный конфликт “породил” и активно подпитывает коррупцию на блокпостах и прилегающих территориях с обеих сторон (контрабанда в особо крупных размерах, переход линии размежевания без очереди, тачечники и т.п.). Возникла целая сеть по предоставлению посреднических услуг для пенсионеров, которые постоянно проживают на неконтролируемой территории. 


Онлайн диалог: “Для чего в будущем может понадобится гражданское общество?”



Отзывы диалогеров:

Ю: “Что запомнилось? Что связь с фасилитатором пропадала и мы общались вдвоем, довольно неплохо. Чего бы хотелось? Чтобы участвовал человек из неподконтрольной территории. Что понравилось, а что нет? Как всегда, общение это хорошо! Есть ли желание продолжить? Да. Важно чтобы гражданское общество “зашло” правильное, а не псевдо.


С: “Аналізую через місяць, як вплинув на мене діалог

В першу чергу залишилось почуття вдячності організаторам і тим людям, яких особисто не знаю, але займаються технічними питаннями Діалогу. 

Після дискусії залишився гіркий присмак - суміш печалі. Я до цього часу питаю себе, а як я можу бачити Донбас після конфлікту, якщо він мені був далеким і незрозумілим до нього. Активізм в миротворенні для мене в конкретних обличчях, місцях. Саме тому, після першого діалогу я більше зосередилась на активностях миротворення тут і тепер. 

Є бажання продовжувати участь у проекті, хотілось би вести діалог з жінками, щоб відчувати емпатію, так як тема конфлікту на Донбасі для мене досить хвилююча. Ціна людського життя, ось про що хотілось би говорити.

Важливою частиною для мене була можливість почути точку зору про доступ до інформації. Про можливість повернення до життя на Донбасі, про базові цінності, і потреби людини, яка виїхала з зони конфлікту і можливість інвентаризації своїх потреб по відношенню до образу Донбасу і потреб у безпеці. 

У діалозі іноді відчувається недовіра діалогера, у другій частині діалогу, бо він або повторював мої фрази або говорив я погоджуюсь. І без аргументації. 

Фасилітатор відчував ситуацію, я відчувала підтримку і розуміння від фасилітатора.

Я сподіваюсь відвертістю не образила іншого учасника.

Дякую Вам за можливість участі


Третий день

Тема дня “Образ возрождающегося Донбасса”


Спикер: “Трансформации гражданского общества в процессе и после завершения конфликта”


Стейнара Брина вряд ли надо представлять нашей аудитории. Основатель Нансеновской сети диалогов, личность легендарная. Мы вместе начинали творить марафоны ДД. Его поддержка очень важна для команды платформы. Он никогда не отказывает ДД в участии в марафонах и мы ещё встретимся на марафоне оффлайн. Как всегда пророчествовал. Никто во время его выступления ещё и не думал и не подозревал пандемии, а Стейнар четко проговорил проблемы, которые пандемия сделает очевидными. И он же первый назвал тему следующего девятого марафона.


Вот строка из его биографии: “Steinar Bryn has, together with the Nansen Dialog Network, been nominated to the Nobel Peace Prize 2009-2014. He has been nominated by the deputy president of the Norwegian parliament, a member of the Bosnian parliament and a professor in mediation in Norway”.



Стейнар Брин:

  1. Сейчас актуальным является конфликт между безопасностью и приключением. Он базируется на выборе: что важнее, безопасность или свобода, продолжение или изменение политики. Проходит время - появляется возможность других выборов. Но люди медленно меняются. Именно поэтому надо внедрять и развивать мультикультурное образование.

  2. Уверенность в собственной правоте - слабость человека. Преодолеть эту слабость помогают образование, прогресс… Например в Македонии написано 400 учебников истории, с разными видениями конфликта, с позиции разных этносов - турецкого, македонского, албанского… 

  3. Когда я был в 2014 году в Одессе, я сравнил Украину с Боснией и Герцеговиной. Людям не понравилось то, что я сказал. Они отрицали наличие внутреннего конфликта и объясняли все внешнеполитическим вмешательством. Но в Боснии и Герцеговине я видел то же самое. Там тоже конфликт объясняли вмешательством другого государства - Сербии.

  4. Война - это всегда про разделение и завоевание. Наступает время, когда конфликт начинает “сам себя поддерживать”, переходя на новый виток. Продолжаясь, конфликт между людьми повышает “стоимость конфликта”.

  5. Нужно принять факт, что на Земле существует всего 200 государств и 2 000 национальностей. И идея о существовании мононациональных государств на сегодняшний день уже устарела.

  6. Почти 8 лет я провел общаясь с людьми на Балканах. Все это время они не верили исторической информации, видели друг в друге врагов. Образ врага был негативным и доминировал. В современном мире это невозможно, “чистые” границы государств (т.е. государства в рамках одного этноса) невозможны. И это является вызовом для современной Украины, которая сейчас переживает конфликт между традициями и цивилизационным переходом.

  7. В Украине история диалога и медиации - сильная, но дисфункциональная. Тем не менее, я не теряю оптимизма - в Украине новый президент, который кажется мне более серьезным, чем его предшественники. И если государство начнет работу в этой сфере, то все остальное подтянется.

  8. Говоря о будущем полезно помнить постконфликтную Хорватию. Конфликты заканчиваются, но люди, которые уехали, не возвращаются, они теряют надежду, теряют веру политикам, доверие к политическим силам родной страны.


Онлайн диалог: “Для чего в будущем может понадобится гражданское общество?”



Отзывы диалогеров:

С: “На стадии знакомства выяснилось, что, в общем и целом, понятие “гражданское общество” у нас схожее, за исключением углубленности и детализации разновидностей общества. Это оказалось важным при анализе понимания конфликтных ситуаций… . 

Предложенный к рассмотрению пример из жизни мне показал:

  • В понятия гражданского общества попадают прямо и косвенно все люди, живущие на данной территории, интересы которых соприкасаются.

  • Государственное регулирование, как правило, реагирует на уже свершившийся конфликт.

  • Государство имеет ограниченный набор инструментов для разрешения всех возможных конфликтов на данной территории.

  • Если конфликт заходит в тупик у стороны, пытающейся разрешить конфликт, и нет понятия как из него выходить - лучше поступать по-человечески. С моей точки зрения поступить по-человечески - это когда соблюдаешь право другого живого существа на жизнь, на самовыражение... 

  • Поступая по-человечески позволяешь ситуации разрешается самым человеческим образом. Даже в тех случаях, когда участники конфликта не понимают объяснений, что значит “поступать по-человечески”.


Диалог для меня прервался, внезапно оставив большое желание его продолжения (у этого диалогера во время диалога отключился интернет в связи с задолженностью за услуги провайдеру). Позиция, понимание рассматриваемого примера одного из диалогеров, осталась для меня загадкой. 

В заключение рассмотрения данной темы диалога, могу сказать, что лично мне гражданское общество необходимо для формирования интересов, понимания позитивных качеств самого общества и для совместного улучшения качества жизни на данной территории (диалогер проживает в Донецке)”.


Э: “Я первый раз участвовала в диалоге и немного переживала. Такая серьезная подготовка, безопасность и все такое. Боялась что меня могут захлестнуть эмоции по трудным вопросам войны и кто виноват во всем этом нашем донбасском счастье. 

Но оказалось не так страшно, все были корректны и хоть и были у меня эмоции, я их смогла держать при себе, так как все были достаточно доброжелательные.

Мне было страшно любопытно увидеть и услышать людей с другой позицией и взглядами и при этом чувствовать себя в безопасности! Это редкость в наше время и в нашей ситуации. Что-то мне казалось странным, но я так поняла что успешный диалог может быть только при искреннем общении и минимум жёстких идеологических позиций. 

...

Вопросы были мне интересны, о гражданском обществе особенно. Появилась надежда на светлое будущее и я увидела возможность найти общие ценности и общие задачи между обществами с разными гражданскими позициями и по разную сторону баррикад!

И я познакомилась с очень интересными людьми! И продолжаю с ними общаться. 

Мне интересно продолжить.

Я не против публикации

Что-то ещё?

Ааа. Я благодарна организаторам!!!


О: “Второй раз участвую в проекте ДД в качестве диалогера. После каждого диалога , нахожусь в приподнятом настроении, от того что причастен к чему-то большому, важному. Также участвуя в диалоге удовлетворяется моя потребность в связи с другими, слышать друг друга, простраивать мосты мира и взаимопонимания. В процессе общения с участниками диалога мы быстро нашли общие точки соприкосновения, нашли общих друзей и заинтересованность в общей теме. Было важно, для меня, высказать свою позицию и услышать позицию других участников. Благодарен фасилитатору, который четко вел процесс, который возвращал нас в процесс, а иногда позволял нам отклониться от темы и это было классно, потому что за этим стояли какие-то глубинные процессы, которых необходимо было коснуться в этот момент. Ещё мне было полезно, как фасилитатору диалогов, принимать участие в качестве диалогера. Этот опыт позволяет мне почувствовать что происходит с участником в процессе диалога, обратить внимание на то, как работает фасилитатор, что влияет на процесс. В общем я остался доволен самим процессом и тем как вел его фасилитатор. Что хотелось бы улучшить? Мне хотелось, чтобы фасилитатор меньше вносил в процесс своего мнения. Это я прочувствовал в роли диалогера и беру этот опыт с собой, как не надо делать и как это влияет на процесс. Благодарен за этот опыт. Понравилось ещё то, что есть возможность продолжать диалог дальше, после основного времени. В двух диалогах я этой возможностью воспользовался и продолжали общаться дальше. У нас даже родились совместные проекты. Благодарю организаторов ДД за возможность участвовать в таких процессах. Буду рад принимать участие и дальше.


Четвертый день

Тема дня “Образ возрождающегося Донбасса”


В этот день было два спикера, которые, опираясь на данные фундаментальных исследований, попытались описать перспективы развития ситуации на Донбассе. Состоявшиеся между выступлениями спикеров диалоги позволили экспертной группе марафона увидеть те области взаимодействия между сторонами, где возможно применение предложенных спикерами моделей в реальной практике разрешения конфликта.

На этом марафоне у нас много аналитики. Сообщение Ильдара Газизулина о некоторых результатах SCORE завершило погружение экспертной группы в социологию конфликта. Онлайн диалог о линии разделения показал, как диалог помогает сблизить позиции. Спикерское сообщение Карины Коростелиной сориентировало на понимание процессов в конфликте настолько глубоко, чтобы не попадать в зависимость от стереотипов и складывающегося контекста. Дискуссия в экспертной группе была направлена на анализ различий, возникающих между формирующимися сообществами.


Спикер Ильдар Газизулин, Киев, ПРООН. Готовность к диалогу и видение будущего



Сообщение спикера касалось результатов исследования социальной сплоченности, готовности к диалогу и видения будущего подконтрольных и неподконтрольных территорий, которые проводятся в Украине с 2016 года (индекс SCORE)


Что показывает индекс?

Во-первых, в течении всего срока исследований у жителей региона (Донецкая и Луганская область, подконтрольные территории) растет готовность к диалогу со всеми категориями жителей Украины, в том числе и с жителями неподконтрольных территорий (https://use.scoreforpeace.org/files/publication/pub_file//Dialogues2018_RU.pdf). 

Во-вторых, видение будущего Украины в результате реинтеграции неподконтрольных территорий, у жителей подконтрольной и неподконтрольной территорий Донбасса существенно различается. Минимальную поддержку у обеих аудиторий имеет опция “Оставить ситуацию такой как сейчас”. Одинаково оценивают относительно неконтролируемых территорий опцию “Остаться в составе Украины с особым статусом” (50/50). И та, и другая группа граждан Украины рассчитывает на взаимопонимание своих референтных групп, которые существенно различаются по своим ориентациям. Жители неподконтрольных территорий Донбасса надеются найти общий язык с теми, кто поддерживает отделение от Украины, а жители подконтрольных - с жителями восточных регионов Украины (https://use.scoreforpeace.org/files/publication/pub_file//PUB_DGEUkr19_Preliminary%20Findings%20Presentation_UKR.pdf).


Онлайн диалог “Сохраняется ли линия разграничения в сознании людей, живущих в Украине, или это только линия на карте?”


Тенденции, выявленные исследователями индекса сплоченности SCORE подтвердились и в онлайн диалоге. В качестве иллюстрации диалогеры выбрали пример объединения Западной и Восточной Германии: “В Германии люди стремились объединиться, а в нашей ситуации наоборот, желание отделиться доминирует над мотивацией объединения”.



Отзывы диалогеров:

В:В предыдущие годы безопасность и осторожность в высказываниях мне представлялась очень большой ценностью именно для этих диалогов, для диалогов об очень болезненном для всех участников. Но сейчас, кажется, более важным дать пространство тому, что "болит" и перестать его оберегать (примерно как со сломанной ногой - пора уже наступать, хотя и больно очень).Осталось явное ощущение, что участнику из Донецка (более молодому - я не запомнила имен, к сожалению) не хватило времени и пространства, а ему есть что сказать важного - того, что фактически и надо анализировать и исследовать (а точнее о чем говорить и слушать все-таки). … 

По сути все говорили, что да - это не только "географический факт". Но все же, например, мое представление об этой линии - чисто умозрительное. Она для меня изначально - некая абстракция, о которой я знаю, как о факте и из того, что о ней говорят или говорили те, кто ее пересекает, те, кто в этом "живет". Из этого восприятия через других - у меня ощущение, что ситуация меняется, линия становится психологическим фактом, а также фактом, меняющим взаимоотношения людей, не только в сообществе, разделенном линией, но и в мире. Чем я и делилась, как мне кажется. Участник, который эту линию по причинам личной безопасности не пересекает, не бывает в Донецке, также воспринимает эту линию как нечто большее, чем географический факт - о чем и он говорит. И объективно для него это прежде всего не про КПП, а про территории, где разная реальность… .

 А вот для третьего участника линия - реальность, которую он хорошо знает. Люди, которые ее пересекают - реальность. Он с ними в тесной личной связи - не как помогающий специалист, или еще что-то подобное. Для него линия - факт его личной жизни, которая прямо сейчас продолжает эту жизнь трансформировать, влияет на нее непосредственно… .

Из диалога в целом следует, как я думаю, что говорили о разделенности, а не о линии, и о том, есть ли возможность преодолевать разделенность, которую навязали или привнесли, или такой возможности нет. Кажется, действительного оптимизма ни у кого из участников нет. Но есть понимание необходимости что-то делать с разделенностью.


А: “Запомнилось, на самом деле, мало содержательной конкретики – в основном, общее впечатление глубокого доброжелательного обмена мыслями по теме конфликта, а также те возникающие вопросы, которые не удалось достаточно прояснить (из-за ухода от темы диалога или недостатка времени). Удивило, как незаметно прошло достаточно продолжительное время, отведенное на диалог.

Понравилось:

- наряду с возможностью услышать мысли других («новых», не входящих в круг моего общения) людей, понравилась возможность высказать свои мысли, позиции, которые обычно нет возможности сформулировать или высказать в повседневной жизни (или просто обсудить их с новыми собеседниками);

- участие фасилитатора, который почти не вмешивался, но иногда направлял обсуждение и «подбрасывал» вопросы для обсуждения.

Не понравилось:

- отсутствие возможности зафиксировать все возникающие (даже хотя бы свои) мысли и идеи. Возможно, было бы полезным предложить участникам через некоторое время после диалога (2-3 дня) предложить написать ключевые идеи обсуждения. Даже не обязательно для сбора или отправки, для себя. Это позволило бы, с одной стороны, «выйти из процесса» сильно погрузившимся участникам, а с другой – зафиксировать и развить мысли, идеи, инсайты. В некоторых случаях, это могло бы превратиться в статьи, рекомендации и т.п.


АВ: “Диалоги всегда интересны и полезны. Очень четко показывают, что мы не всегда готовы услышать друг друга и нужно учится говорить и слушать, и слышать. Очень еще много надо сделать. Очень полезно и интересно. Вопрос еще в том как чиновников привлечь”.



Спикер Карина Коростелина, Вашингтон. “Бракованная” идентичность как основание для социальной стигмы”.


Основной тезис спикера: “Каждый человек может выбрать много идентичностей. Он свободен выбирать позиции. Но он не защищен за границами группы. Для защиты необходимо примыкать. И, чем более он лоялен группе, тем более защищен. При этом жертвуя свободой”.



Сначала Карина объяснила, что такое идентичность, рассказав историю про рыбок. Их спрашивают - как вам вода? Они спрашивают в ответ - а что такое вода? Идентичность - это то, в чем мы живем, и наличие чего не всегда замечаем. Иногда сложно ответить на вопросы - что это, почему оно существует. Самый простой и распространенный ответ людей об идентичности - “я в это верю”.

Идентичность построена на базовых ценностях, сформулированных людьми, которые имеют власть формировать социальные репрезентации.

Социальные репрезентации существуют в разных формах. Многие из них неосознанные. Мы видим мир через упрощенные социальные представления, очень часто построенные на противопоставлении “мы - они”.

Примером может служить карта мира, где Европа и Северная Америка находятся в верхней части. По сути это показывает, что представления о мире были созданы европейцами.

В обычной ситуации человек свободен выбирать свои позиции, но защищен ли он когда он сам по себе и не принимает догм?

В ситуации конфликта - он не защищен. Если его защищает какая-то группа, то он платит ей лояльностью - замещает свои позиции позициями группы.

Чем больше нужна безопасность, тем больше человек жертвует свободой. Чем больше он не защищен, тем больше у него принятия ценностей группы. Одна идентичность становится доминантной. Спираль разворачивается. Мир становится дуальным. Другие идентичности становятся не важны, ценна только идентичность, включенная в конфликт.


Далее спикер рассмотрел несколько феноменов:

  • Положительного сравнения. Мы считаем их идентичность бракованной: “они хуже чем мы”, “они не понимают ничего”, “мы - свободны, а они - нет”, “наши ценности правильны, а их - нет”.

  • Ошибки атрибуции. Разность критериев, подходов к анализу ситуаций, определение “их” поведения через “их” черты: “Мы умны, а им - повезло”. Если наша группа вовлечена в преступление, то используются объяснения: “У нас не было другого выхода”. Если преступление совершили “они”: “Они не имеют ценностей”.

  • Когнитивный диссонанс. Объяснение ситуации исходя из позиции “наша группа - лучшая”, а все, что противоречит этой позиции, перекладывается на противоположную сторону конфликта, ответственность переносится на других.

  • Релятивная депривация. Феномен сравнения “себя” с “ними”, объяснение ситуации через сравнения. “У нас меньше прав, чем у них”, “раньше было лучше, чем сейчас”. Наиболее активное сравнение - у “них” больше прав, больше денег, больше работы, “они получают две пенсии - русскую и украинскую”.

  • Коллективная аксиология. Феномен, базирующийся на морали и на том, как мы видим мир. Моральные ценности одной группы не распространяются на другие группы. “Другие” остаются за моральной границей для нас. Они не имеют тех прав, какие имеем мы - жить, быть свободными. “Мы - моральны”, но эти принципы не касаются другой группы. 


Таким образом другая группа становится группой с бракованной идентичностью: “они агрессивны, создают конфликт, не могут быть мирными”.


Исследования по стигматизации показывают, что люди, которые стигматизированы, в конце концов принимают навязанные им модели поведения. Социальная граница невидима, социальных границ обычно много. Они связаны с нарративами (объяснениями) о том, чем “мы” отличаемся от “них”. 


Социальные границы создаются через рассказы о нас и о других. Мы можем размывать эти границы. Для этого используются методы кросскатегоризации и суперкаегоризации:

  • Кросскатегризация. Информационная война характеризуется созданием упрощенных схем, создаваемых для объяснений событий. Жизнь - намного сложнее, для неё характерно множество ситуаций. Можно вместе работать над созданием общей истории, искать то, что объединяет людей.

  • Суперкатегоризация. Гибридная война построена на связях между событиями, которые демонстрируют негативное отношение людей друг к другу. Суперкатегоризация позволяет включать в основное культурное пространство такие культурные категорий, которые расширяют сферы общения, создают общие темы и позволяют формировать новые общие смыслы (любви, ценностей, отношений между людьми).


Пятый день

Тема дня “Мемориальный образ Донбасса”


Спикером в этот день был гражданский активист из Косово. Прошло двадцать лет продолжающегося конфликта прежде чем косовские сербы и косовские албанцы начали говорить друг с другом. И, судя по реакции Горана Лоянчича, косовского серба присутствующего на марафоне, покинувшего Косово в 1999 году и не планирующего туда возвращаться, это далеко не безоблачный процесс. Символично, что именно в день начала нашего марафона впервые была достигнута договоренность между косовскими сербскими и албанскими гражданскими активистами о начале совместных действий по примирению в регионе.


Спикер Miodrag Milicevic, Приштина “Нарратив, который завершает конфликт и открывает будущее”


Основной тезис спикера: “Я не очень горжусь тем, где мы находимся после конфликта. Я верю, что за это отвечают не только политики, но и обычные люди”.



20 лет истории конфликта в Косово.


Косово - последняя республика бывшей Югославии, которая добилась независимости. Албанцы Косова были недовольны договорами 1996-1997 годов, поэтому создали собственную армию, части полиции. За это они боролись два года. В 1998-1999 годах их поддержало международное сообщество.

Был начат переговорный процесс, но в нем стороны не достигли соглашения. В результате в конфликт были втянуты новые участники - НАТО, Сербия. В феврале 1998 года вспыхнул конфликт между косовскими албанскими повстанцами и Союзной Республикой Югославией.

В время бомбардировок Косова от 500 до 700 тысяч албанцев покинули Косово.

В июне 2000 года бомбардировки прекратились. Между Сербией и НАТО было подписано техническое соглашение, согласно которому албанцы имеют власть над Косово, а Сербия убирает из него свои институты власти. Албанские беженцы вернулись в Косово, но косовские сербы были вынуждены уехать. 230 тысяч косовских сербов являются ВПЛ в других местах и странах. Также были жертвы: более 30 тысяч были убиты в Косово: косовские албанцы - 10 тысяч, косовские сербы - 2,2 тысяч, остальные - другие народности.

Ключевую роль в конфликте сыграло международное сообщество. В 2000 году оно установило управление в Косово, создав его с нуля. Сербское сообщество Косова не участвовало в этом процессе. Наша самая большая неудача в том, что сербы Косова (беженцы и ВПЛ) не вернулись после прекращения боевых действий.

Только пять дней назад (начало ноября 2019 года) сербскими гражданскими активистами была налажена связь с албанскими активистами Косова. Было создано две платформы для диалога - одна на уровне граждан, вторая - через политическое ток-шоу. Косовские албанцы обращаются к косовским сербам на сербском языке и обсуждают события в стране.

Вывод: гражданское общество играет ключевую роль в нормализации отношений.


Онлайн диалог. “О чем стоит вспомнить через 40 лет? О чем будут вспоминать?”



Отзывы диалогеров:

О: “Перш за все, дякую за ту невимушену атмосферу, яку вдалося створити від самого початку.

Що мені сподобалося вчергове - це те, що в діялозі брали участь більше двох людей і таким чином розмова не зациклювалася, фасилітатор її живив шляхом уточнень, віддзеркалювань. Я побачив, що розуміння та “встановлення (не)справедливости” стало об'єднавчим запитом для діялогу (погортав сторінки записника), ми також говорили про запит на “суб'єктність” та “безсилля” разом із “маніпуляцією”, врешті з вмінням “виносити уроки заради майбутнього”. Хоча й мені було складно погодитися з окремими твердженнями моїх співрозмовників на глобальному рівні, але коли ми доходили до певних ситуацій, там це об'єднання виникало. 


Нещодавно порівнював ДД та Блаблакар, бо обидів “технології” єднають мою розірвану маленьку батьківщину. Втрьох ми говорили про запит на справедливість в українських громадах по обидві сторони контактної лінії, про ставлення до потреб людей, про почуття гідності, про те, щоб держава з її органами нормально поводилася з громадянами, зараз переважно панує несправедливе ставлення до людей практично у всьому і це стосується й громад, можливості впливати на процеси в громадах. Історичне минуле - тут, щоправда, наші думки розійшлися.


Ф: “Что запомнилось? Відкритість і прагнення як бути почутими, так і готовність слухати і чути від учасників діалогів. Вочевидь неупереджене і безпечне спілкування сприяє порозумінню між людьми. Чего бы хотелось? Продовжити діалог як з учасниками з підконтрольної українькому уряду частини країни, так і з людьми “за поребриком”, тим більше, що розмова розпочалась і обговорення відбулось навколо питань впливу та розвитку громадянської свідомості та громадських спільнот як на порозуміння між різними частинами країни, так і на можливі форми співпраці, у т.ч. - обміну досвідом розбудови громадських ініціатив. Что понравилось, а что нет? Виявилось, що часу не “бракнуло” і довелось з приємністю спілкуватись в “позаурочний” час. Есть ли желание продолжить? Природно і потрібно.


Э: “Очень волновалась. Боялась что с той стороны будет кто-то неадекватный. Зря волновалась. Я вообще люблю поговорить и послушать, а тут приятные собеседники. Я бы с удовольствием с ними продолжила знакомство далее. Мы обменялись контактами, думаю, еще пообщаемся.

А с другой стороны, может то, что мы на одной волне, не дает возможности оценить возможность диалога с людьми другого склада (боюсь написать некорректное определение)?


Из FB: “Николай Борисов: Это был последний программный день. Он закрывает марафон, но не диалог. Много параллелей с конфликтом в Косово. Два онлайн диалога о главном, о линии разделения, о нашей войне заставили трудиться души и диалогеров, и участников экспертной группы и фасилитаторов. Марафон закрыт. Завтра подведем черту и определим тему девятого марафона. Спасибо всем, кто сделал это возможным”.


Шестой день

Тема дня: Анализ перспектив развития проекта ДД. Обсуждение темы девятого марафона


 

Каждый марафон у нас заканчивается “штурмом” о теме следующего. И в этот раз тоже. Мы толкаем эту колесницу миростроительства к завершению конфликта, а она норовит скатиться обратно в войну. Что тянет назад? Отрицание реальности. Несогласие. Житейская суета без цели, без устремления к миру. Делание вида, что у нас-то все в порядке, это там у “них” проблемы. И страх.

На восьмом марафоне мы говорили о страхах тех, кто не бывал в зоне реальной войны, кто не терял близких, у кого не взрывались дома, кто не сидел в подвалах без воды и электричества, кто не умирал от голода, холода и отсутствия помощи на КПВВ. Это страх от неизвестных угроз, а потому страх панический, безумный. Люди в страхе пытаются бороться со “злом”, а в действительности они лишь проявляют пассивное несогласие с потоком событий, не зависящих от их воли.

Что может сделать в этой ситуации ДД? Предложить иную модель решения проблемы - продолжать диалог. Вместо того, чтобы причинять боль друзьям и доставлять удовольствие врагам, говорить о мире, о том, как его достичь, какой ценой. Тема следующего, девятого марафона ДД - “Цена мира”.


Отзывы на прощание:

  • “Марафон закрыт. Диалог продолжается. Очень сильные были спикеры, непростые диалоги. Откровения и открытия. Но тенденции изменения в обществе в позитив - все нагляднее. С марафона уезжаю с надеждой, планами, желанием работать. И верой. Верой в то, что все это не зря. Спасибо всем.”


  • “Мы позволили этому марафону быть
    Любое горе можно отгоревать.”


  • “Дякую, що ви цим займаєтеся і дякую за запрошення приєднатися до діалогу.”


Комментариев нет:

Отправка комментария